♦ Пост месяца обновлен! Спасибо, Имир <3
♦ Настало время мучить вопросами Кенни Аккермана!
13\03. На форуме обновился дизайн, комментарии и пожелания на будущее можно оставить здесь.
05\03. Подведены итоги конкурса Attack on Winter!
♦ Пожалуйста, не забывайте голосовать за форум в топах (их баннеры отображаются под формой ответа).
ARMIN ARLERT [administrator]
Добро пожаловать на ролевую по аниме «Shingeki no Kyojin» / «Атака титанов»!
— ♦ —

«Посвятив когда-то своё сердце и жизнь спасению человечества, знала ли она, что однажды её оружие будет обращено против отдельной его части?». © Ханджи Зоэ

«Совести не место на поле боя — за последние четыре года шифтер осознал эту прописную истину в полной мере, пытаясь заглушить угрызения своей собственной.». © Райнер Браун

«– Ходят слухи, что если Пиксис заснёт на стене, то он никогда не упадёт – он выше сил гравитации.». © Ханджи Зоэ

«- Это нормально вообще, что мы тут бухаем сразу после типа совещания? - спросил он. - Какой пример мы подаем молодежи?». © Моблит Бернер

«"Теперь нас нельзя назвать хорошими людьми". Так Армин сам однажды сказал, вот только из всех он был самым плохим, и где-то в подкорке мозга бились мотыльком о стекло воспоминания Берта, который тоже ничего этого не хотел, но так было нужно.» © Армин Арлерт

«Страх неизбежно настигает любого. Мелкой дрожью прокатывается по телу, сковывает по рукам и ногам, перехватывает дыхание. Ещё немного, и он накроет с головой. Но на смену этому душащему чувству приходит иное, куда более рациональное – животный инстинкт не быть сожранным. Самый живучий из всех. Он, словно удар хлыста, подстёгивает «жертву». Активизирует внутренние резервы. Прочь! Даже когда, казалось, бежать некуда. Эта команда сама-собой возникает в мозгу. Прочь.» © Ханджи Зоэ

«Голова у Моблита нещадно гудела после выпитого; перед очередной вылазкой грех было не надраться, тем более что у Вайлера был день рождения. А день рождения ответственного за снабжение разведки - мероприятие, обязательное к посещению. Сливочное хлорбское вместо привычного кислого сидра - и сам командор махнет рукой на полуночный шум.» © Моблит Бернер

«Эрен перепутал последнюю спичку с зубочисткой, Хистория перепутала хворост со спальным мешком, Ханджи Зоэ перепутала страшное запрещающее «НЕТ, МАТЬ ВАШУ» с неуверенно-все-позволяющим «ну, может, не надо…». Всякое бывает, природа и не такие чудеса отчебучивает. А уж привыкшая к выходкам брата и прочих любопытных представителей их года обучения Аккерман и подавно не удивляется таким мелочам жизни.» © Микаса Акерман

«Они уже не дети. Идиотская вера, будто в глубине отцовских подвалов вместе с ответами на стоившие стольких жизней вопросы заодно хранится чудесная палочка-выручалока, взмахом которой удастся решить не только нынешние, но и многие будущие проблемы, захлебнулась в луже грязи и крови, беспомощно барахтаясь и отчаянно ловя руками пустоту над смыкающейся грязно-бурой пеленой. Миру не нужны спасители. Миру не нужны герои. Ему требуются те, кто способен мыслить рационально, отбросив тянущие ко дну путы увещеваний вместе с привязанным к ним грузом покрывшейся толстой коррозийной коркой морали.» © Эрен Йегер

«В пабе постепенно поднимается шум, какофония звуков бьёт по ушам, а от обилия посетителей становится душно. Имир не нравится, когда барную стойку окружает сразу больше десяти человек, и все одновременно пытаются что-то заказать, друг друга перекрикивая. Хаос поглощает, нещадно давит на виски, выжимая все соки. Голову будто плющит, давит каким-то невидимым грузом, а ведь это ещё даже не начало выступления. Имир даже боится представлять, как шумно будет здесь через полчаса, когда местные Битлз выйдут на сцену под громогласные вопли десятков фанатеющих девиц. Уже сейчас Имир давится от обилия духов, самых разных, от сладко- сливочных до цветочных. Как будто большая часть присутствующих девушек настолько хотят привлечь внимание любимой группы, что готовы устроить ядерную катастрофу (а судя по запаху, ещё немного и случится взрыв).»

FRPG Attack on Titan

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Attack on Titan » Где-то в параллельной Вселенной... » Не в мою смену!


Не в мою смену!

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://sg.uploads.ru/B5PWj.jpg
Hanji & Historia & Levi

Если капитан хотел по-быстренькому откинуться, то он очень прогадал с окружением. Потому что там, где есть Ханджи и Хистория, легко не бывает. Они обязательно заставят его пострадать на бренной земле подольше. Так что приклоните колени, смертные, богини милосердия вступают в игру.

Отредактировано Historia Reiss (Воскресенье, 10 марта 23:35:21)

+4

2

Знаешь, я всё чаще вспоминаю наши беззаботные весёлые деньки. Тогда вот это вот всё было каким-то несбыточным, нереальным. Тогда мы могли только гадать, какой на самом деле этот иной мир. Мир, где нет титанов, разрушений, воин. Смертей. Ха! Про смерть я загнула, да? Но по сравнению с настоящим всё то, что было, кажется таким далёким. Будто и не в этой жизни оно произошло. И не с нами вовсе.

***
«Просыпаюсь от мягкого лучика света, играющего на моём лице. Уже утро. Опять заснула вчера за столом. Но, как ни странно, совсем не ощущаю усталость. Я даже выспалась.

Потягиваюсь, подхожу к окну. Чуть поодаль залитой солнцем тренировочной площадки в тени раскидистого дуба, единственного на нашем дворе, дремлет Эрд, рядом с ним сидят Петра и Оруо. И как всегда «голубки» о чём-то спорят. Хех. А вот и Гюнтер с гитарой! Парень так виртуозно играет, что каждая его даже маленькая импровизация превращается в шоу.

Петра замечает меня и машет рукой. Они все мне машут.

У меня что, день рождения? Затеяли что-то?»

***
Холодные волны реки вымывают из головы мысли, воспоминания, оставляя после себя лишь чистый белый лист.

Течение несёт нас куда-то. Остаётся только ему довериться. Сколько уже времени прошло? Мокрая одежда мешает движениям и тянет вниз. Но я терплю и держу нас на плаву.

Впереди река делает крутой поворот и образует небольшую заводь, которая становится местом стоянки.

Обессиленно плюхаюсь на мокрый песок, всё также крепко продолжая сжимать рукой податливое тело. Несладко нам пришлось. Пару раз преследователям удавалось поравняться с нами, так, что приходилось нырять. Они далеко не мастаки, но пуля, как известно, дура.

– Леви?! Леви... Ты слышишь меня?

...

К горлу подкатило. Это всё. Такой значит конец у сильнейшего воина? Всё, значит?

***
«Со звонким смехом в кабинет врывается Нанаба. Кто бы мог ещё так громко щебетать. Она хватает меня за руки и начинает кружить.

– Эй, потише, детка! Я сейчас... – пытаюсь освободиться из объятий. – Стой, Нанни! Что с твоими волосами? Они отросли!

Нанаба смеётся ещё громче, будто десятки маленьких бубенчиков ласкает ветер. И порхает. Порхает по комнате такая лёгкая и счастливая.

– Да ладно, ребята! Вы серьёзно?!

Застывший в дверях здоровяк только скромно улыбается в ответ.

– Это тебе, Ханджи.

Он протягивает кружку крупной спелой малины. От неё, как от парного молока, так и веет теплом. С наслаждением вдыхаю сладкий аромат. Так пахнет дом.

– А как..? – хочу что-то спросить, но в раскрытую дверь стучат.

– Можно? – такой мягкий и глубокий голос может принадлежать только одному человеку. Эрвин!

Такой же невозмутимый, он смеётся глазами.

– Ханджи! Опять всю ночь не спала?! Отчёты составляла? – он думает, это до сих пор смешно.

– Погоди-ка, тут к тебе ещё посетитель. Он смущается. Будь помягче. – уже вкрадчиво шепчет «бровастый».

Я заглядываю через плечо командора и вижу Его.

Это Моблит. Такой забавный и милый. Такой родной.

– Привет. Я скучал.

– ...

Чувствую, что дома.»

***
Нихера! Я не хочу видеть твою рожу ещё и в своих дерьмовых снах!

Задубевшими от холода пальцами отстёгиваю ремни экипировки. Несколько резких отрывистых ударов кулаком по груди, в самую середину, чтобы заставить работать мышцы, разгоняющие кровь.

Смотрю на реакцию.

Нужно запрокинуть голову. Глубокий вдох в рот.

Раз, два, три, четыре ...

Вдох.

Шесть, семь, восемь ...

Вдох.

Одиннадцать, ...

От напряжения потряхивает. Кажется, что весь мир в этот момент сосредоточен вокруг балансирующего на грани. И все не могут дождаться, когда ты потеряешь свою устойчивость.

Вдох.

Щупаю пульс. Его нет. ...

Дикий рёв исступлённого отчаяния сотрясает округу. Пусть все слышат. Ты тоже. Слушай!

Наваливаюсь всем телом и в ярости сотрясаю ударами грудину, забыв, кажется, о том, что так могу сделать тебе ещё хуже. Чепуха! Хуже уже не будет.

...

Наверное, Бог в этот момент подбросил монетку. И тебе выпала жизнь.

Резкий спазматический вздох возвращает в реальность.

– Да, малыш, вот так! Дыши! – шепчу я облегчённо. – Ты – молодец! Молодец!

Переворачиваю капитана на бок и визуально осматриваю его: кроме ожогов, отдельных осколочных ранений и разорванной правой кисти, других видимых наружных повреждений не имеется. Чего, возможно, не скажешь о том, что внутри.

Ударная волна ломает кости и разрывает органы в доли секунды. Будем надеяться, что ты родился в тулупе.

...

Несу всякую чушь. О тренировках, о новом оружии. О титанах. Ничто так не стимулирует инстинкт самосохранения, как мои монологи о титанах. А вообще, неважно. Неважно о чём говорить. Важно знать, что с тобой разговаривают. Потому, что ты – живой. Даже, капитан?

Встречаюсь с его серыми как пасмурное небо глазами.

– Эй, Леви! – голос срывается в хрип. – Без очереди пролезть хотел?.. Только после меня. Слышишь? После меня, старик.

Не рассчитываю что-то услышать в ответ, но и без слов во взгляде вижу. Живой.

...

– Потерпи чуток. Я аккуратно.

И снова ложь, как будто это поможет. Даже лёгкое прикосновение сейчас десятикратно усиливает приступ боли. Хотя в подобном состоянии болевая чувствительность снижается в разы. А это плохо. Пока чувствуешь боль – ты жив. По крайней мере, знаешь, что ты жив.

– Никогда не понимала, зачем ты носишь эту тряпку. – мокрая ткань шейного платка рвётся с громким треском. – Но сейчас я тоже подумываю обзавестись таким. Милая штучка.

Действовать нужно быстро. Получившимися лоскутами перевязываю ему руку, чтобы остановить кровотечение. Заодно, туго стягиваю голову. Так будет полегче.

Освободив тело от всего лишнего, плотно укутываю его плащами, создавая некое подобие кокона. Природа сама подсказывает безопасные формы. Готово.

Я понесу тебя так. Хорошо бы ещё знать куда. 

Судя по тому, что уже смеркается, плыли мы, по меньшей мере, не менее часа. Учитывая примерную скорость реки и то, где она делает резкий поворот, получается, что течение должно было вынести нас аккурат немногим южнее Каранеса. А это значит, есть вероятность выйти к какому-нибудь поселению.

И, словно насмехаясь, где-то неподалёку раздался выстрел. Испуганные птицы с громким криком полетели прочь. Чувствую, как меня бросает в жар.

Чёрт! Эти мудни нас выследили! Думай, Ханджи, думай!

Оттаскиваю капитана с песка в заросли ольшаника на берегу. Трава достаточно высокая. Если повезёт, могут и не заметить. Попутно собираю остатки одежды и заметаю следы. На мокрой почве это сделать не так-то легко.

А звуки приближающихся становятся всё громче.

Застываю в стойке. Реакция будет мгновенной.

Вот зашевелились сухие стебли, и показался ... -лась ... Псина.

Даже не рычит. Видать, видок у нас настолько жалкий, что животное не чувствует никакой угрозы.

– Эй, Винс, что там нашёл? – следом за собакой вышел парень в гражданском с фонарём и винтовкой наперевес.

Отредактировано Hange Zoë (Воскресенье, 10 марта 16:52:15)

+3

3

– Что-то ты быстро сегодня, – бросает Хистория через плечо и понимает через секунду, что слишком много шагов на пороге её дома. Она оглядывается мимолётно, готовая вскочить на ноги, защищаться, если придётся – реакция бойца, а не беременной женщины.

Ханс действительно быстро: обыкновенно его вечерняя «охота» занимает около часа. Он обходит территорию вокруг небольшого домика, где Её Величество, сосланная из столицы, нынче коротает время за книжками и вышиванием. Свежим воздухом дышит. Пусть местонахождение её держится в секрете и известно только некоторым членам Легиона, предосторожность не помешает. Вот Ханс и носится с ружьём наперевес по лесам-полям, будто может защитить Хисторию лучше, чем сама Хистория. Хотя, в её состоянии даже фермер из глубинки защитит её лучше – Райсс еле ноги в конце дня поднимает, не привычная к весу и ощущениям. В общем, у неё тут вовсе не курорт.

Видимо, есть те, кому ещё хуже: первое, что замечает Хистория, оборачиваясь, отсветы от стёкол очков командора.

– Ханджи?! – она подскакивает, мгновенно забыв, что в положении. Она не ждёт увидеть здесь Зои, хотя местоположение королевы командору известно. Просто не среди ночи и без предупреждения. Ещё больше она не ждёт здесь видеть такую Зои. – Что?.. Что ты?.. Что стряслось?

Что Ханджи не единственная, кого Ханс сегодня поймал в лесу, Хистория замечает на пол-пути, и она хотела бы сказать, что из-за обилия крови на лице, ожогов и прилипших мокрых волос второй участник сегодняшнего рандеву неузнаваем, но Райсс точно знает, кто это. Однако она совершенно не может предположить, что произошло. У неё ни одного сценария, в котором что-то подобное было бы возможно. Бывшего капитана в таком паршивом состоянии она бы даже в страшном сне не увидела. Леви, по её разумению, можно было в одиночку за Стены отправить – ничего бы с ним не сделалось даже тогда, когда там всё кишело гигантами. Теперь же, когда территории зачищены, Хистория и вовсе теряется в догадках. Видит только, что всё плохо, и пока Ханс крепко держит капитана, королева перехватывает Ханджи за талию, закидывает её руку себе на плечо – вид у командора предобморочный, и она решает, что все вопросы могут подождать.

«Почему она мокрая? Почему они здесь? Где отряд? Нам что-то сейчас угрожает? Он жив вообще?!» Отрезанная от информации извне и доступа к общим планам, Хистория сосредотачивается на том, что сейчас действительно важно: определить тяжесть состояния и помочь, если возможно. Её холодная собранность, которую так легко принять за равнодушие – наживная черта.

– На кровать, – командует она Хансу, а сама усаживает Ханджи на стул. Она не уточняет, на чью кровать; это неважно, да и Ханс не идиот, не потащит капитана в другую комнату. Хистория пытается осмотреть порез на лбу Ханджи, проверить реакцию её зрачков, но учёная отмахивается от её рук, будто есть дела поважнее.

– Бога ради, Ханджи!

То, что Леви в беспамятстве, почему-то помогает Хистории успокоиться. Наверное просто она не очень знает, как смотреть капитану в глаза в такой ситуации, в ситуации, где ему нужна помощь. Эта мысль никак не укладывается в её голове. Это же Аккерман, Аккерман! Устрашающий, собранный, непобедимый капитан Леви. «Дура!» – ругается Хистория на себя за тенденцию к легкомысленности. На свете нет ничего вечного, она давно это знает, но её иллюзии, заблуждения, убеждения, всё ещё каким-то образом мешают ей видеть реальность.

«Ожоги? Пожар? Нет, осколочные ранения – больше похоже, что что-то взорвалось». Пока она ждёт, когда Ханджи переведёт дыхание и хоть что-нибудь ей скажет, Хистория проверяет пульс (очень слабый, неровный, витиеватый), вслушивается в дыхание (поверхностное, частое, но хотя бы без хрипов), хватает ножницы из своей шкатулки для вязания (да-да, она честно пробовала два раза), распарывает два слоя плащей и форменную рубашку в поисках признаков внутренних повреждений. Рана на голове кажется ей глубокой, но не первостепенной. Королева не эксперт, но она, как и все, проходила курс оказания первой помощи. И у неё есть преимущество: её бабка была лекарем. Не доктором, как в каком-нибудь большом городе, нет. Они жили на окраине, вместе с остальными фермерами, до городской больницы никто никогда не доходил – все шли к бабке-травнице. Она и вывихи вправляла, и рассечения зашивала, и головные боли лечила. Хистория могла за ней наблюдать, ведь до девочки никому не было дела, она ходила по дому призраком и бесшумно совала нос в любое дело, когда не была занята помощью на ферме. Хистория кое-что знает.

– Если внутреннее кровотечение и есть, то мы его не определим, я не вижу гематом и кровоподтёков. – «Только ожоги. Надо заняться рукой». Она перевязана, но не достаточно надёжно – нужно обработать. Кому Леви сунул руку в пасть, чтобы так травмировать кисть, Хистория не представляет. И внезапно обнаруживает, что её не очень-то интересуют ответы. Она поднимает взгляд и кивает Ханджи, будто мысли у них синхронизируются, будто они думают об одном и том же.

– Ханс, принеси воды, чистую простынь и спирт. И угомони уже Винса, его лай действует на нервы. Ханджи, снимай мокрую одежду. С переохлаждением ты мне ничем не поможешь. Леви – тем более.

У Хистории подрагивают руки, но за четыре года она так поднаторела в командном тоне, что теперь выходит очень эффектно и само собой, без усилий.

Отредактировано Historia Reiss (Воскресенье, 10 марта 23:40:49)

+3

4

Помощь. То, о чём порой не нужно просить, чтобы получить её, если очень в этом нуждаешься.

Несколько секунд безмолвного «оценивания» друг друга. Что-то на животном уровне. То, что помогает понять возможности противника, уберегая от бессмысленного кровопролития. Но мы не были противниками.

Собака пару раз громко гавкнула, найдя Леви в кустах.

– Вы из Разведкорпуса? Вы Командор Ханджи Зоэ, да? – парень откуда-то знает меня, и следом становится понятно. – Я видел вас на фотокарточке.

С тех пор как эти места утратили статус резервации, а информация и, в частности, пресса стали более открытыми и доступными (даже для жителей глубинок), подобная осведомлённость переставала удивлять.

Сам он назвался Хансом.

Киваю в ответ и помогаю поднять капитана.

Не помню, сколько по времени заняла дорога. Кажется, мы шли целую вечность. Всё как в тумане. На негнущихся ногах бреду следом. Терпи, Ханджи, ему сейчас ещё хуже.

Терпеть нас учили ещё в кадетке. Когда ты ещё совсем юный желторотик на очередном марш-броске изнемогаешь от жажды и усталости, еле волоча забитые конечности, но своим стремлением или просто упрямством доказываешь прежде всего себе то, что можешь. Потом был Легион и первые вылазки за стены. И мы тоже терпели. И доказывали. Не все. Только те, кто оставались. Но это лишний раз демонстрировало, как выковывается сталь. Сталь характера, что способна выдержать любые удары, и которая может показать свою мягкую сторону под действием определённых условий.

В дверях небольшого ранчо нас встречает совсем ещё юная девушка. Даже не сразу признаю в ней Хисторию. Боже, совсем из головы вылетело, что резиденция Королевы находится на юго-западе от Каранеса. Видимо, это и есть та самая «резиденция».

Только сейчас замечаю её огромный живот. С нашей последней встречи он заметно подрос. И как она только умудряется ходить? Становится как-то неловко, и я мягко отстраняюсь от девушки, чтобы не обидеть и, не дай Бог, не навредить. Честно говоря, просто не знаю, как себя с ней вести. Беременная женщина – само сосредоточие женственности и утончённости, по крайней мере, Хистория так выглядит. Не в пример грубой бесполой солдатне.

Королева суетится, развивая бурную деятельность, чем доставляет ещё большее неудобство.

– Нормально всё со мной! Леви нужна помощь! – как-то даже грубо отмахиваюсь я и меня, наконец, оставляют в покое.

Кажется, Хистория знает, что делает. Больше всякой жалости и сочувствия сейчас нужен трезвый взгляд со стороны, который либо подтвердит собственные предположения и даст надежду, либо...

Прикрикнув на псину, парень по указанию удалился за необходимым.

Меня знобит, однако всё тело, напротив, горит, пылает словно после бани. Так и хочется сорвать кожу вместе с прилипшей одеждой. Молча подчиняюсь «приказу» и снимаю рубашку и брюки, оставаясь в одном нательном. Мне чертовски повезло – ни царапины, не считая небольшую ссадину на лбу. Даже очки не потеряла! А я уже научилась их не замечать.

Вспоминаю, как ублюдок вышел из туши пяти? семи? метрового. Возможно, он активировал жидкость и обратил употреблявших вино. Тогда это объясняет откуда появился этот титан. Но не объясняет то, как Зик использовал его для регенерации. Такого прежде не случалось. Получается, все, кто-были в охранном отряде, погибли. Остался один Леви.

Интуитивный взгляд на кровать. Живи, капитан. Живи!

Ханс быстро вернулся с тазом горячей воды, стеклянным пузырём и льняным отрезом. Помогаю разместить всё на прикроватной тумбочке и нарезать достаточное количество лоскутов для перевязки. Королева «своё дело» знает. И почему-то это даже не вызывает удивления. Мне остаётся ей только ассистировать, выполняя мелкие поручения.

Пока Хис обрабатывает раны, думаю над дальнейшими действиями.

Конечно же, нас ищут. Собачонки из шкуры вылезут, дай хозяйский сапог лизнуть. От реки ферма находится максимум в миле. А это значит, если преследовавшие найдут следы, то очень скоро они нагрянут сюда. Что для Королевы обернётся не только ещё одной неожиданностью, но и реальным риском.

Однако выбирать не приходится.

Опустив предысторию (о которой, она быть может и не в курсе), говорю, как есть, не удосужившись подобрать верный тон. Когда здесь появятся «гости», будет не до этикета и чувств.

– Леви сразился с Зиком и, судя по всему, попал под ударную волну копья. Но Зик по какой-то причине выжил. Я сама видела! Пока не понимаю, как это произошло, но должно же быть какое-то объяснение, должно.

Мысленно возвращаюсь к исходному моменту, отмечая каждую деталь.

– Однако не это главное. У Йегера есть соратники. В том числе – в Легионе. – помедлив немного добавляю. – Боюсь, своим присутствием мы подвергаем вас риску.

Не самое обнадёживающее начало разговора. Но Королева – девушка не глупая, должна понимать. Если и есть то, что и может заставить Ханджи свернуть с намеченного пути, то оно уже произошло. И с этим нужно что-то делать.

Собака снова лает. Это заставляет насторожиться. Ухо животного – совершенный природный локатор, способный почувствовать малейшее изменение в окружении. Топот лошадиных копыт может быть как раз одним из них.

Аккуратно заглядываю за занавеску так, чтобы при случае снаружи меня не могли заметить, и попутно уточняю, есть ли в доме ещё кто. Ханс мало похож на члена королевской гвардии, да и по всему видно, что они здесь вдвоём.

И всё-таки, неужели вот так запросто Королеву списали со счетов? Если для людей она ещё и оставалась символом, то для правления была лишь наседкой для их обеспеченного будущего. Преемственность поколений в лучшем виде! И кому, как не Хистории знать о том, как наилучшим способом этого избежать.

Капитан сейчас неспособен что-либо делать. В таком состоянии его нельзя беспокоить лишний раз, не говоря уж о транспортировке. Надежда только на эффект неожиданности и собственные силы.

– Хистория, ты должна знать. На мне полная ответственность за всё. Вы здесь ни при чём. – замолкаю на полуслове. Становится невыносимо от собственной беспомощности.

Привыкшая всегда смотреть всем страхам этого мира в лицо и быть на «Ты» со смертью, я до сих пор не смогла искоренить в себе эту едкую поросль чувства вины. Вины за свои ошибочные суждения, действия. Вины за жизни, мне доверившиеся.

Вот и сейчас ощущаю этот груз за жизнь, едва теплящуюся в теле капитана, и за две, нет, три жизни, которые я поставила под угрозу.

– Мне нужно какое-нибудь оружие. – быстро окидываю комнату взглядом и зацепляюсь за оставленное ружьё. – На случай непредвиденных обстоятельств. 

Ловлю на себе подозрительный взгляд Ханса. Уже представляю, как выгляжу со стороны. Плевать. Я не могу больше никем рисковать.

+3

5

Ханджи достаётся гневный взгляд, секундный, мгновенный, потому что на дольше Хистория отвлечься себе не позволит, затягивая тугую перевязку на правой руке капитана. По-хорошему, ему быть восстановить потерю крови и влить жидкость, но Хистория не знает об Аккермане ничего человеческого, и не решится без этих знаний переливать ему кровь кого-то из присутствующих. Напоить его хотя бы водой тоже не получится – для этого нужно хотя бы частичное сознание. Но кровопотеря и обезвоживание могут вызвать судороги в лучшем случае; витиеватый пульс не становится сильнее даже после того, как Хистории удаётся остановить все видимые кровотечения и наспех продезинфицировать открытые раны.

Рассказ Ханджи несколько отвлекает её от процесса, и от произошедшего её передёргивает. Она догадывается о половине случившихся событий в столице, хотя не имеет к ним никакого отношения. Впрочем, нет – имеет. Не хочет иметь, но она должна. Только вот её судьба зависит от всех вокруг; придётся ли ей пожирать Зика – от капитана, не придётся ли ей пожирать Зика – от Эрена. И Хистория больше всего боится, что, на самом деле, никаких вариантов-то нет, потому что всё зависит от Зика. Она поделилась этими мыслями с Эреном полтора года назад, когда планов в разработке ещё было больше, когда всё казалось хитрее и умнее, когда не дошло до этого. Хистория готова была пожертвовать многим, пока это касалось неё, но она никогда бы добровольно не принесла в жертву своих людей. И то, что происходило сейчас, было её виной – её пассивное отношение к ситуации привело к тому, что она ничего больше не решала, но ждала чужого решения. И эти решения привели Ханджи и Леви не в самое удачное место. Если бы она тогда согласилась участвовать в плане Эрена как следует…

– Ты не права, Ханджи. Мы все давно уже в зоне риска. Неважно, кто за это ответственен, – отзывается королева, скривившись от собственного бессилия и пренебрежения к судьбе. Та отвратительная формулировка, которую она выплюнула в лицо капитану четыре года назад, теперь объясняет всё её существование. «Следующая роль – королева». Хистория оказалась права, и ей противно от этого: она только играет монарха, а на деле – подчинённая. Ничего не решает, ни на что не влияет, сидит и ждёт бесконечно. Чего? Пока все умрут? Когда Эрен окажется прав? Когда поймёт, что не прав? Ей давно уже следовало вмешаться. Не исправила бы – так испортила бы окончательно.

За кого она? На чьей стороне? Ещё пару дней назад королева могла поклясться, что нет сторон. Есть интересы Зика, есть план Эрена, и всё это – ради благополучия Парадиза. Но настолько же, насколько она верит младшему Йегеру, она не доверяет старшему совершенно, но вместо того, чтобы предупредить, решает, что Эрен сам всё знает и во всём может разобраться. Дурацкое, неуместное доверие. На доверие ответственность не возложишь. 

– Тебе нужно отдохнуть, а не оружие, – строго кидает Хистория, проверяя дыхание Леви. Оно выравнивается. Медленно и неуверенно, но он хотя бы не дышит через раз и не так поверхностно, хотя она видит, что каждый вдох даётся с болью. И Райсс переживает, что это признак внутренних повреждений. Поэтому раздвигает книги на полке, привстав на мыски, и достаёт из недр маленький стеклянный пузырек, непрозрачный, без бирок. Она запасла его на крайний случай и, откровенно сказать, для себя, но ей он пока что не нужен (Хистория надеется, что не пригодится), а вот капитану – самое то. Маковое молоко. Идеальное обезболивающее и успокоительное, лучше ещё не придумали даже на континенте. Его организм скажет «спасибо» за несколько часов безболезненного отдыха – к агонии вернуться он всегда успеет. И пусть возможны побочные эффекты, по сравнению с возможной болью они не так пугают.

– Ханс, убери от командора ружьё, будь добр, – кривится королева, вытаскивая из медицинской коробочки шприц. – Ханджи, сюда никто не придёт. Если я правильно поняла, вас сопровождал только отряд добровольцев, как там они себя зовут, йегеристы? Жуть, – Хистория легко может представить, как Эрен кривится от этого названия. – Могу предположить, что Флок и некоторые ребята из приюта были среди них? – Королева поднимает внимательный взгляд на командора. – Ханс заварит тебе чай и накормит, если ты голодна. Я обещаю тебе, мы в безопасности. Даже если они знают, где вас искать, они сюда не придут. У тебя есть время успокоиться и подумать. Я постараюсь помочь капитану, чем могу.

Хистория знает, что они слушаются Эрена, а Эрен чёрта с два подпустит к ней кого-то. К ним. Без его приказа эти ребята и шагу не сделают, даже если в резиденции королевы все противники йегеристов соберутся. «Ну же, Ханджи, услышь, что я тебе говорю. Ты же можешь меня понять, не заставляй объяснять».

– Нас не тронут, Ханджи. В этот дом никто не войдёт. Поэтому, пожалуйста, выдохни. Вы в безопасности.

Хистория дезинфицирует иглу спиртом, набирает жидкость из пузырька до первого деления, надеясь, что это верное решение. «Сейчас будет полегче», – мысленно обещает она капитану, прежде чем найти вену на руке.

+4


Вы здесь » FRPG Attack on Titan » Где-то в параллельной Вселенной... » Не в мою смену!